распечатать

КАК ИСКОРЕНИТЬ БЕДНОСТЬ?

Джеффри Сакс

В этой деревушке в Гане есть только один колодец.

На протяжении всей истории человечества неимущие слои населения страдали от голода, инфекционных заболеваний и других непременных спутников бедности. Начавшаяся в 1750 г. индустриальная революция качественно изменила жизнь людей. Научные открытия и внедрение технологий дали наконец возможность значительной части общества выйти из состояния крайней нужды.

Через две с половиной сотни лет уже 6,5 млрд. человек смогли преодолеть ощущение неуверенности в завтрашнем дне и тревоги за будущее своей семьи, которые сопровождали их предков на протяжении всей жизни. Однако говорить, о том, что с бедностью покончено, преждевременно и опрометчиво. До сих пор доход каждого шестого жителя планеты составляет около $1 в сутки. Ежедневно более 20 тыс. человек умирают в нищете от нехватки пищи, чистой питьевой воды, отсутствия медицинской помощи.

Сегодня глобальное экономическое процветание, обусловленное достижениями науки и техники, вплотную подвело мир к возможности полностью искоренить крайнюю бедность. Поразительный рывок, совершенный за последние 25 лет Китаем, Индией и другими странами Азии, продемонстрировал, что это возможно. Более того, стабилизация численности населения Земли, которая должна произойти к середине XXI в., позволит снизить отрицательное влияние производственной деятельности человека на экосистемы и природные ресурсы. Экономический рост позволил огромному количеству людей повысить свой жизненный уровень, однако говорить о всеобщем процветании еще рано. Рыночных отношений и свободной торговли для этого недостаточно. Множество отсталых регионов загнаны в капкан бедности, у них не хватает средств на развитие систем образования, здравоохранения и прочих жизненно важных отраслей. Только объединенными усилиями всех стран можно найти выход из создавшегося положения. В 2000 г. на саммите ООН был принят план «Цели развития на рубеже тысячелетия». Организации содействия развитию, международные финансовые и неправительственные структуры по всему миру уже формируют глобальную сеть помощи слаборазвитым странам. В январе 2004 г. я и мои коллеги по проекту ООН «Миллениум» разработали план, реализация которого позволит к 2015 г. значительно снизить уровень бедности, уменьшить распространение голода и болезней, а также степень загрязнения окружающей среды. В книге «Конец бедности» (The End Of Poverty) я доказал, что широкомасштабное и целенаправленное инвестирование способно решить данную проблему уже к 2025 г.

По ту сторону бизнеса

Обобщая опыт нескольких десятилетий, специалисты получили возможность изучить пути развития различных стран, а также преграды, которые встают на пути прогресса. Сегодня формируется новое направление, получившее название «клиническая экономика» и базирующееся на научном знании. В некотором смысле ее можно сравнить с современной медициной. Врачи знают, что причиной заболевания может стать множество взаимосвязанных обстоятельств: патогенные факторы, качество питания, состояние окружающей среды, возраст, индивидуальная или популяционная наследственность, образ жизни и т.д. Единственный правильный путь к исцелению – индивидуальный подход к каждому больному, поиск первопричины недуга. Современные экономисты, так же как и медики, должны быть хорошими диагностами, поскольку патологии в развитии страны могут иметь массу различных причин, включающих в себя факторы, выходящие за рамки традиционной практики.

Общественное мнение Америки и Европы склонно утверждать, что бедные страны – их граждане и правительства – сами виноваты в том, что оказались в такой ситуации. Сначала считалось, что все дело в расовой принадлежности. Затем всю вину переложили на культурные традиции: религиозные запреты, кастовую систему, неравенство полов и недостаток предприимчивости. Однако по мере того, как относительного процветания достигали государства с самыми разнообразными верованиями и обычаями, подобные высказывания звучали все тише. Выяснилось, что в процессе экономического развития и урбанизации те культурологические аспекты, которые принимались за константу (например, уровень рождаемости, дискриминация по половому признаку и кастовая замкнутость), меняются, зачастую кардинально.

Сегодня многие склоняются к тому, что причина крайней бедности – неспособность правительств обеспечить свободу рынка и побороть взяточничество. А если власти наведут порядок, отсталые регионы тоже преуспеют.

Однако изучение динамики развития различных стран позволило экспертам сделать более систематический анализ. Полученные данные свидетельствуют о том, что управление, безусловно, влияет на процесс жизнедеятельности государства, но не является определяющим фундаментом экономического процесса. Согласно опросу, проведенному агентством Transparency International, бизнесмены считают большинство быстроразвивающихся стран Азии гораздо более коррумпированными, нежели слаборазвитые государства Африки.

Не менее существенный фактор, определяющий судьбу региона, – географические данные, в частности, национальные ресурсы, климат, топография, а также наличие торговых путей и рынков монополий. Кроме того, многие страны буквально подтачивают тропические болезни. Исследование Хавьера Сала­и­Мартина (Xavier Sala­i­Martin) из Колумбийского университета еще раз продемонстрировало, что страны, где свирепствует малярия, прогрессируют медленнее, чем те, где такой проблемы нет. Однако географические факторы не решают судьбу экономики страны, а лишь определяют некоторые ее особенности, негативное влияние которых могут компенсировать технологии. В частности, системы ирригации помогут справиться с засухами, хорошие дороги и средства мобильной связи соединят удаленные районы с центром, ранняя диагностика и терапевтические обследования позволят избежать болезней.

Мощным механизмом ликвидации экстремальной бедности становится поощрение стимулов экономического роста. При этом среднее значение дохода на душу населения, безусловно, возрастет, но его распределение может быть неравномерным, и карманы самых обездоленных обитателей изолированных областей останутся по­прежнему пустыми.

Несмотря на то что бедные есть во всех странах, можно локализовать несколько центров, где их больше всего. Особенно остро проблема крайней нищеты (когда в сутки на человека приходится меньше $1) стоит в странах Африки, лежащих к югу от Сахары, в районе Анд, на Центральноамериканской возвышенности и в континентальных районах Центральной Азии, где она трудноразрешима. Внизу представлена карта, созданная в Центре исследований хронической бедности, размер страны соответствует числу ее обитателей, живущих в нищете; цвет показывает уровень дохода самых обездоленных ее граждан. В случае, когда необходимые официальные данные были недоступны, исследователи оценивали общий уровень бедности приблизительно.

Капкан бедности

50 лет назад Центральная Африка и субтропическая и тропическая Азия имели примерно одинаковый уровень доходов. Однако последняя за несколько десятилетий совершила впечатляющий экономический прорыв, а первая остановилась в своем развитии. Решающую роль здесь сыграла специфика географии.

Гималайские горы определяют муссонный, дождливый климат Южной Азии, где существует обширная система рек. Но основной причиной подъема экономики региона за последние 50 лет стало появление ферм с колодезным водоснабжением. «Зеленая революция» 1960–70­х гг. научила крестьян использовать удобрения и искусственное орошение, что позволило получать стабильно высокие урожаи зерновых, положивших конец голоду и вызванным им болезням.

Повышение эффективности земледелия привело к высвобождению значительной части рабочей силы, которая устремилась на поиски заработка в города. Благодаря наличию базы для развития индустрии, внедрению инноваций и появлению квалифицированной рабочей силы урбанизация подхлестнула рост экономики. Горожане обычно имеют меньше детей, чем сельские жители, следовательно, они могут выделить из семейного бюджета больше средств на питание, лечение и образование каждого из своих чад. В городах многие дети ходят в школу в отличие от своих деревенских сверстников. Инфраструктура и система здравоохранения позволяют населению мегаполисов лучше справляться с болезнями, между тем как в сельской местности люди обычно лишены питьевой воды, профессионального медобслуживания и защиты от таких трансмиссивных (передающихся переносчиками) заболеваний, как малярия.

До Африки «зеленая революция» не докатилась. В ее тропической зоне практически нет обширных затопляемых речных пойм, которые позволили бы развить широкомасштабные и низкозатратные ирригационные системы, подобные тем, что созданы в Азии. Дожди на черном континенте слишком непредсказуемы и редки, а местные фермеры так бедны, что не в состоянии купить удобрения. «Зеленая революция» ратовала, в основ­ном, за разведение таких культур, как рис падди и пшеница, однако климатические условия Африки не пригодны для таких растений. В результате производство сельскохозяйственной продукции стоит на месте, количество продуктов питания, приходящееся на каждого жителя, снижается (по сравнению с 1990 г.), африканцы потребляют самое малое в мире количество калорий. Земля позволяет хоть как­то прокормиться, поэтому приток рабочей силы в города не наблюдается.

Кроме того, жители Африки страдают от тропических болезней. Специфический климат и эндемичные виды москитов способствуют бурному «расцвету» малярии – нигде в мире она так не распространена. А высокие транспортные расходы изолируют центральные области страны экономически. Во внутренней части Восточной Африки, где дожди более интенсивны, население плотнее, но люди все равно находятся в стороне от почты и международных торговых путей.

Почти та же ситуация складывается и в других отдаленных уголках мира, особенно в районе Анд, Центральноамериканской возвышенности и не имеющих выхода к морю областях Центральной Азии. Экономическая изоляция и высокие транспортные расходы не позволяют им привлечь иностранный капитал, разве что для добычи нефти, газа и других полезных ископаемых. Сельские же районы остаются и вовсе неразвитыми. Так замыкается цикл бедности, голода, болезней и безграмотности. Обедневшие области испытывают недостаток средств, поскольку большинство хозяйств не приносит прибыли. Но даже тот небольшой процент богатых людей, которые могли бы поддерживать экономику своего региона, предпочитают вкладывать средства за границей. Отток капитала происходит не только в форме утечки финансов. Квалифицированные рабочие, врачи, медсестры, ученые и инженеры тоже покидают свои бедные страны в поисках лучшей доли. Получается парадокс – беднейшие государства, испытывающие острую потребность в инвестициях, зачастую сами выступают в роли экспортеров капитала.

Попытаемся разобраться, какое влияние глобализация оказывает на бедные и богатые страны, как развивающиеся страны используют помощь, которую они получают. Вот ответы на наиболее часто задаваемые вопросы:

– Правда ли, что глобализация делает богатых еще богаче, а бедных – беднее?

Процессы глобализации способствуют стремительному экономическому развитию некоторых стран, например в Азии. Так, международная торговля и приток иностранных инвестиций стали основной причиной расцвета Китая, экономика которого за последние 25 лет заметно поднялась. Теми же факторами обусловлен стремительный прогресс Индии с начала 90­х. На беднейших из бедных, особенно в областях Африки, лежащих южнее Сахары, глобализация не оказала позитивного воздействия просто потому, что она их практически не затронула.

– Можно ли считать бедность следствием эксплуатации неимущих богатыми?

Увы, на протяжении столетий развитые страны не раз грабили и эксплуатировали бедные страны посредством рабства, колониального господства и нечестной торговли. Однако на самом деле такие злоупотребления являются не причиной, а следствием бедности, которая делает малоразвитые страны уязвимыми. Нищета появляется в результате низкой производительности труда, вызванной хроническим недоеданием, отсутствием квалифицированной рабочей силы и развитого рынка труда, мозаичностью инфраструктуры (включая дороги, электростанции, линии энергоснабжения, почтовые станции) и т.д. Эксплуатация, безусловно, сыграла определенную роль в развитии таких условий, но гораздо более пагубны географическая изоляция, эпидемии и разрушение экологического комплекса, неблагоприятные условия для земледелия. Без помощи извне этих трудностей не преодолеть.

– Если доход в малоразвитых странах повысится, не означает ли это, что он понизится в богатых государствах?

Экономическое развитие – процесс позитивный, и от продвижения вперед выиграют все. За последние 200 лет мир достиг столь значительного роста объемов производства, что благополучие одного региона вовсе не мешает экономическому росту другого. Однако возникла необходимость в жестких природоохранных мерах и ограничениях. Глобальное экономическое развитие предполагает рациональное управление экосистемами всего земного шара. Несомненно, процветание человечества положительно отражается на состоянии окружающей среды при наличии необходимого финансирования природоохранных проектов и использовании экологически безопасных технологий.

– Компенсируют ли частные взносы низкий уровень официальных гуманитарных инвестиций США?

По оценкам Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), от частных фондов и негосударственных организаций ежегодно поступает около $6 млрд., что составляет 0,05% от ВНП США. Суммарные же вложения США в международную помощь составляют 0,21% от ВНП, и это один из самых низких показателей по сравнению с другими странами­донорами.

Куда необходимо вкладывать средства

Болезни можно победить с помощью лечебно­профилактических средств. Например, противомоскитные сетки, распыление пестицидов, улучшение медицинского обслуживания и применение необходимых лекарств помогут избежать заражения малярией и снизить смертность среди заболевших. Районам с засушливым климатом и истощенной почвой могут помочь глубокая ирригация и использование удобрений. Географическая изоляция может быть преодолена путем налаживания сети асфальтированных магистралей и оптоволоконных кабелей, строительства аэропортов.

Многие крупные страны, такие как Китай, поддерживают свои отсталые районы за счет помощи более благополучных. Например, его восточные прибрежные районы содействуют широкомасштабным государственным инвестициям в западные области. Большинство успешно развивающихся стран опираются на внешнюю поддержку – стран­доноров и организаций международного развития.

В проект ООН «Миллениум» мы включили список инвестиций, необходимых для помощи наиболее бедным регионам. Они удовлетворят базовые потребности систем здравоохранения и образования, позволят обеспечить жителей пить­евой водой, создать удовлетворительные санитарные условия, построить хорошие дороги и поднять сельское хозяйство. Мы подсчитали также, какая часть необходимых средств может быть получена из внутренних источников с помощью «домашних» инвестиций, а какая должна быть покрыта с помощью мирового сообщества.

Для тропической Африки необходимые вложения равны примерно $110 на каждого жителя в год. Учитывая, что средний годовой доход здесь составляет $350 на человека, очевидно, что такая сумма позволит лишь не умереть с голоду. Поэтому полностью профинансировать программу из внутренних резервов малоимущие страны не могут. Из вышеназванных $110 бюджеты этих стран могут вложить примерно $40, а оставшиеся $70 на душу населения должны быть получены в качестве международной помощи.

В среднем слаборазвитые регионы нуждаются в дополнительных $160 млрд. в год (вдвое больше того, что выделяют сегодня спонсоры), что эквивалентно примерно 0,5% объединенного валового внутреннего продукта (ВВП) стран­доноров. Другие гуманитарные проекты, такие как послевоенное восстановление Ирака или помощь пострадавшим от цунами в Индийском океане, здесь не учитываются. Чтобы оказать бедным регионам полноценную помощь, разумная цифра должна составлять 0,7% от общего ВВП – такое обещание дано давно и всеми, но выполняется лишь некоторыми. К тем же выводам пришли Международный валютный фонд, Всемирный банк и британское правительство.

Мы верим, что инвестиции дадут возможность странам третьего мира к 2015 г. сократить бедность наполовину, а к 2025 г. искоренить ее полностью. Речь идет не о разовых благотворительных взносах, а о разумной и долгосрочной помощи. Крупные местные землевладельцы, имеющие высокие доходы, должны позаботиться о собственном будущем; им следовало бы присоединиться к нашему проекту, направленному на повышение уровня жизни и технологический подъем. Вместо милостыни мы протянем миллиарду людей руку помощи.

Если богатые нации не станут вкладывать средства в развитие экономики нуждающихся стран, то рано или поздно они будут вынуждены оказывать им экстренное содействие в борьбе с голодом, эпидемиями, региональной нестабильностью и распространением террористических баз. Бездействие чревато угрозой безопасности любого благополучного региона.

Официальная помощь США странам экваториальной Африки колеблется от $2 млрд. до $4 млрд. в год, что составляет примерно $3–6 на каждого африканца. Причем большая часть денег уходит в карманы консультантов, на погашение неоплаченных долгов и на экстренную закупку продовольствия жертвам голода. И лишь малую часть помощи удается вложить в создание инфраструктуры: в здравоохранение, образование, транспорт, строительство дорог и заводов, сельское хозяйство и т.д. Необходимо создать условия, при которых финансовая помощь будет расходоваться не на «латание дыр», а на решение стратегических задач экономики.

Помощь должна направляться в страны, где работа государственных органов открыта для общественного контроля. В Африке в эту группу можно включить Эфиопию, Гану, Мали, Мозамбик, Сенегал и Танзанию.

На Западе многие убеждены, что финансовая помощь развивающимся странам теряется впустую. Но если финансирование будет целевым и подконтрольным, то эти инвестиции в один прекрасный день принесут большую отдачу, чем та помощь, которую США оказывали Западной Европе и Восточной Азии после Второй мировой войны. Во имя собственного будущего беднейшие страны должны избавиться от благотворительной зависимости и встать на путь процветания. Только тогда они смогут внести свой вклад в мировые научные открытия, продвижение передовых технологий, международную торговлю. Настанет конец политической нестабильности, которая порождает гражданские войны, хаос и беззаконие. Всеобщая борьба с терроризмом и наркобизнесом будет содействовать укреплению безопасности во всем мире. Как сказал генеральный секретарь ООН Кофи Аннан (Kofi Annan), «развитие невозможно без мер безопасности, и не будет безопасности без развития».

С начала 80­х гг. XX в. число людей, погрязших в бедности, заметно сократилось. Но прирост средств сконцентрировался в странах Восточной Азии, оставляя позади более миллиарда менее удачливых обитателей Центральной и Южной Африки, горных областей Центральной Америки и региона Анд. Чтобы им помочь, необходим толчок, который сможет снизить общее число нуждающихся наполовину. Ниже приведены цифры, обозначающие число бедных людей (в миллионах).

1981:
1,5 млрд. нуждающихся
Более половины тех, кто существует в условиях крайней бедности, живут в Восточной Азии, и более четверти – в Южной Азии.

1990:
1,2 млрд. нуждающихся
Число нищих в Восточной Азии сократилось до 278 млн. Если бы условия жизни не улучшились, естественный прирост населения добавил бы к числу бедных еще 285 млн.

2001:
1,1 млрд. нуждающихся
По сравнению с 1990 г. число людей, живущих в условиях крайней бедности, сократилось в целом на 129 млн. человек, но количество нуждающихся в Центральной и Южной Африке выросло на 313 млн., что составляет около 1/3 от общего числа живущих в нищете.

2015:
0,7 млрд. нуждающихся
Если будут работать проекты «Цели развития на рубеже тысячелетия», то к 2015 г. более 500 млн. человек будут избавлены от нужды (по сравнению с 1990 г.) и миллионы человеческих жизней будут спасены.